olnud: (Default)
Попросили быть оппонентов – хорошая, хотя и трудная для восприятия работа. Согласился. И вот на днях утверждали оппонентов на малом кворуме: выяснилось, что у меня с диссертантом когда-то был тезис, о котором ни я, ни он не знали – титульный автор включил нас «для массовки», не спросив согласия. В итоге меня заменили – не огорчился, но задумался, сколько еще таких hidden publications у меня?
olnud: (Default)


Краткая предыстория такова. Есть такое растение, водяной орех – Trapa natans. Большинство ботаников считает, что род Trapa включает единственный и очень полиморфный вид; иногда допускается существование нескольких локальных видов. Совершенно иная ситуация в отечественной ботанике. Здесь еще в советские времена было выделено огромное число современных видов (кажется около 100), различающихся почти исключительно формой плода. Со временем число видов сократилось до 50, что не сняло остроту вопроса. Очевидно, что необходимы какие-то новые исследования этой темы. И вот на сайте БПИ я увидел автореферат кандидатской «Род Trapa L. (Trapaceae Dumort.) в Приморском крае (особенности биологии, видовое разнообразие)». Заинтересовался и… разочаровался. Автор использовал хорошую статобработку параметров плодов Trapa из Приморья и установил константность ряда признаков, используемых в систематике этого рода. В итоге подтверждено существование во флоре Приморского края всех 8 видов рода Trapa, относящихся к двум секциям. Генетических исследований не проводилось – только морфометрия, а также некоторые анатомические признаки. Материал большой, но точек сбора относительно немного – выпала вся восточная часть Приморья, нет ни одной островной популяции. Но не это меня насторожило. Я искренне верю, что род Trapa – не монотипический, и что в Приморье произрастает минимум 2 вида, а может и больше. 8 – это многовато. Но на сегодняшний день доказать или опровергнуть это можно только генетическими исследованиями – все иное упёртых заморских ботаников не убедит. У автора диссертации не было свободы в окончательных результатах: если бы она не подтвердила самостоятельность половины видов, то поставила бы под сомнение многолетнюю работу своего научного руководителя. Но ей повезло! – виды чудесным образом хорошо отличаются, правы Флеров, Васильев, Цвелев и прочие классики. Безусловно, ценным в работе может стать использование методов распознавания образов для разделения «видов». Иностранцы, ведь, тоже не херувимы с томиком Линнея в руках – они продолжают описывать новые виды водяных орехов по ископаемым плодам, не особо используя статистические методы высокого полета.
olnud: (Default)
Много лет назад была у нас скандальная защита: все прошло бы гладко, если бы на защиту не пришел специалист по данной теме. Диссертант защитился, за него заступились директор и председатель Совета, но этот отзыв еще долго ходил "по рукам". Вот только два абзаца из него:

В разделе: «Материал и личный вклад автора» сообщается, что обработано более 300 проб, просмотрено и определено свыше 2000 экз., изготовлено более 250 микропрепаратов. Кроме того. он благодарит 16 коллег, за переданный материал. На поверку же выясняется, что имел он всего 21 пробу со 105 экз. 14 видов, три из которых представлены более 25 экз., остальные – 1-5 экз., а так же 1 вид из Музея МГУ (Пермская обл.). Это похоже на то, как если бы при подсчете соколов на пролете, в число посчитанных птиц «для массы» были включены и вороны, вьющиеся над соседней свалкой.
****
Сочинение N…. представляет собою фикцию диссертации. Объемный, относительно гладко написанный текст компиляции, имеющий отдаленное отношение к заявленному предмету исследования, камуфлирует мизерный вклад соискателя в изучение xxxxxx Дальнего Востока. Возникает вопрос: а в своем ли он уме, представляя этот текст? Да, вполне в своем! Расчет, хотя и циничный, но достаточно верный. Никто не станет вникать, есть ли вклад и какой, но поскольку сейчас отчитываются количеством, а не качеством, то еще одна диссертация будет только приветствоваться. Если что, то ближайшее окружение вступит в яростную защиту «чести мундира», а критика будет квалифицирована как досадные нападки злобствующих личностей.
olnud: (Default)
Защита в экологическом Совете. Оппонент (д.г.-м.н., профессор) держит речь: «Диссертант неверно использовал термин «климакс» для описания сообществ. Всем известно, что климакс – это климатический максимум».
olnud: (Default)
Был на защите докторской. Защита проходила по новым нормативам. В зале была установлена камера, т.к. теперь к протоколу заседания прилагается не аудиозапись, а видео. Вот только непонятна методика ее письменного описания («расшифровка»), которая посылается в ВАК. Членов Совета попросили сесть так, чтобы они попали в зону охвата камеры – теперь важно, чтобы на видео было зафиксировано их личное присутствие. Защита была по двум специальностям – в Совет были введены доктора по второй специальности, но не 3. как раньше, а 5. Список публикаций в автореферате не впечатлил: лишь три статьи на английском языке, ни одной монографии. Но на русском опубликовано довольно много. Диссертант доложился неплохо, хотя часто сбивался и путал слова, подтверждая давно известную истину: научные сотрудники, никогда не преподававшие, почти никогда не могут сделать интересного и понятного доклада. Далее пошли вопросы. Значительная часть членов Совета – люди в возрасте. Двое из задававших вопросы не могли удержать микрофон в руках: заплетающимся языком, который был знаком с инсультом не понаслышке, они, тем не менее, задали вполне здравые и понятные всем вопросы. А вот далеко не старый завлаб задавал свои вопросы не менее 5 минут – в итоге было непонятно, что он хотел спросить? Диссертант отвечал на вопросы плохо, невпопад, из речи «выпадали» целые смысловые куски, но всем было совершенно все равно. Было ясно, что большинство членов Совета, особенно молодые, хотят побыстрее слинять. Ни одного заинтересованного лица, никаких попыток научной дискуссии. Никто из оппонентов не являлся специалистом по данной теме, ведущая организация также была выбрано очень «удачно». В зале были и те, кто готовился в ближайшее время предоставить диссертации - если они достаточно умны, чтобы не испугаться обилия официоза и умных слов, то должны были вынести для себя, что защита докторской отличается от защиты кандидатской лишь длительностью. И никакие камеры не изменять эту ситуацию.
olnud: (Default)
"....повышаются требования к научной активности членов совета - у них должно быть минимум 3 публикации в рецензируемых журналах за последние три года".

Некоторые наши советы в панике: в одном из них 2 члена имеют за 3 последних года лишь по 1 статье (один из них - чл.-корр. РАН), а в другом таких членов аж 4. Я их искренне не понимаю: при таком обилии аспирантов и подневольных сотрудников неужели трудно заставить их включить себя в соавторы?! :))) Умные завлабы так и поступают, создавая себя очень увесистые индексы Хирша - еще одно достоинство, величиной которого ныне принято хвалиться.
olnud: (Default)
Сегодня узнал, что еще в октябре защитил кандидатскую Ю.Н.Сундуков «Жужелицы (Coleoptera, Carabidae) Южного и Среднего Сихотэ-Алиня» - приятное исключение. Один новый род, 9 новых видов, всего 415 видов, сделано все очень добротно и красиво. Когда он защищал первую курсовую (ревизия какого-то рода), то она соответствовала очень хорошей дипломной работе. А, ведь, высшее образование он получил уже после того, когда сложился как специалист!
olnud: (Default)
Вчера писал отзывы на две диссертации – московскую и питерскую. Основываясь на сумму всех отзывов за последние 3 года, обратил внимание на некоторые характерные черты нынешних столичных кандидатских работ (специальность «зоология»).
1) В списке опубликованных работ ОЧЕНЬ много тезисов докладов (6-12) и всего 1-2 статьи в отечественных журналах. Статьи в иностранных журналах – редкость, хотя многие результаты достойны более приличных журналов. Если так подумать: подготовка доклада для иностранной конференции – это уже большой задел для публикации в заграничном издании. Но, нет: докладываются, а публикуют в ДАН или чем-то ином. Одна публикация соответствует 4-6 докладам.
2) Переход на новые «технологии»: конфокальная микроскопия, иммуноцитохимия, 3D реконструкции, компьютерная кладистика, молекулярная филогенетика и т.д. Москвичи более расторопны.
3) Описательная морфология не просто преобладает, а господствует. Сравнительная, напротив, рудиментарна, зато эволюционные интерпретации могут быть очень амбициозными. Т.е. выпадает «звено» сравнения, а желание утвердиться через идею остается. Почти всегда эти идеи – отражение взглядов научных руководителей, что было и раньше. Однако москвичи стали более «сдержанными».
4) «Стена» между питерской и московской школами, похоже, не только осталась на прежнем месте, но и выросла: москвичи упорно не ездят в Питер знакомиться с литературой и коллекциями (где их явно больше), а питерцы отвечают им взаимностью. Возможно, и ездят, но из работы этого не видно.
5) Плохое знание старой литературы, особенно на немецком языке.
6) Пунктуация «отдыхает».
7) Объем работ за последние 10 лет уменьшился (в среднем): в мои времена диссер на 96 страницах вызывал нарекание, теперь же до 100 стр. не дотягивают многие.

Исключения, конечно, есть, но, как и раньше, личностей мало.
Page generated Sep. 25th, 2017 12:52 am
Powered by Dreamwidth Studios